Resultados para "De Rus" en Medieval

The history of Ukraine is a fascinating story of how cultures, political systems, religions, and power have met, intersected, morphed, and expanded. The region was relatively sparsely populated for much of ancient history, a wilderness of rivers, forests, and steppes, but that does not detract from the rich historical development of the region.

Долгие годы история Средневековья была известна нам преимущественно с точки зрения традиционно мужских сфер деятельности, представляясь чередой сражений за власть и территории. Авторы классических научно-популярных бестселлеров о жизни средневекового мира Фрэнсис и Джозеф Гис по крупицам восстанавливают эту утраченную историю в увлекательном историческом обзоре, прослеживая эволюцию роли женщины в обществе на протяжении целого тысячелетия.

"Инквизиция"… Слово, окутанное мрачными легендами. Ей приписывают многочисленные казни, жуткие пытки и тысячи невинных жертв. Но все ли так однозначно? В своей книге Сергей Нечаев объективно рассматривает это явление и подробно описывает историю инквизиции, начиная с ее возникновения. Автор опирается на сочинения историков, документы эпохи Средневековья и свидетельства современников. Он рассказывает о громких судебных процессах над Жанной д'Арк и Жилем де Рэ и об испанской инквизиции, которая традиционно (и справедливо ли?) считается самой жестокой.

Средневековье – значительнейший период мировой истории, длившийся около тысячи лет. Термин "средние века" впервые возник в XV веке, в текстах итальянских гуманистов, обозначивших этим понятием период с момента падения Римской империи до начала эпохи, в которую жили сами. Но еще столетием ранее знаменитый поэт Франческо Петрарка дал этому периоду другое определение — "темные века".

"Жизнь в средневековой деревне" — классический бестселлер от известных медиевистов Джозефа и Фрэнсис Гис, авторов серии научно-популярных книг, познакомивших бесчисленное количество читателей с повседневным миром человека эпохи Средневековья. В центре повествования быт и обычаи людей, населявших деревню Элтон в Восточном Мидлендсе (Англия) в далеком 1300 году. Авторы подробно описывают уклад жизни и взаимоотношения средневековых обитателей деревни, их ежедневный труд и развлечения.

Жизнь в средневековом замке — бестселлер, познакомивший бесчисленное количество читателей с повседневным миром человека эпохи Средневековья. Исследуя историю замка под названием Чепстоу на границе между Англией и Уэльсом, известные медиевисты Джозеф и Фрэнсис Гис создают изысканный и чрезвычайно наглядный портрет повседневной жизни в Средние века. Их герои не только обитатели замка, но и простолюдины из окрестной деревни, ключевую роль в жизни которой также играл замок лорда.

Как долго продолжалось татаро-монгольское иго? Кто был автором "Слова о полку Игореве"? Кто назвал князя Александра Невским, а князя Ярослава Мудрым? На эти и многие другие вопросы отвечает доктор исторических наук, главный на-учный сотрудник Института российской истории РАН Антон Горский. В книге "Русское Средневековье" автор восстанавливает историческую справед-ливость и развенчивает некоторые мифы так называемой альтернативной истории. Взгляды А. Горского в ряде случаев отличаются от официально признанных, поэтому погружение в средневековую Русь становится еще более интересным.

Самая интересная аудиокнига про Средние века от автора бестселлера «Чумазое Средневековье». Мы читали о них в рыцарских романах и сатирических новеллах Боккаччо, видели в фильмах, разглядывали на картинах. Но единого мнения как не было, так и нет. Это и понятно – что может быть общего у благородных прекрасных принцесс, ради которых рыцари совершают подвиги, и грязных крестьянок, безропотно умирающих где-то там, на заднем плане сериала или романа?

Викинги очень непросты — они не только грабители и пираты, но еще и талантливые бизнесмены и кораблестроители, прекрасные ремесленники и ювелиры, писатели, сказители и художники, путешественники и просто авантюристы до мозга костей. В одной книге рассказать о них невозможно — невольно что-то останется за бортом.

The formation of the state is a natural stage in the development of society. This is a very lengthy process, so any event that marks the transition to the state forms of life is very conditional. Primitive society could exist, guided by two basic principles that regulated social life: custom (tradition) and the right of the strong. Centuries-old traditions were rarely challenged, so there was no need for some special mechanisms to ensure their compliance. However, as primitive society gradually changed, the relations between the congeners became more and more diverse.

Before the Mongols rode across the steppes of Asia and Eastern Europe, the Cumans were a major military and cultural force that monarchs from China to Hungary and from Russia to the Byzantine Empire faced, often losing armies and cities in the process. The Cumans were a tribe of Turkic nomads who rode the steppes looking for plunder and riches, but they rarely stayed long after they got what they wanted. From the late 9th century until the arrival of the Mongols in 1223, there was virtually nothing that could be done to stop the Cumans.

The history of Ukraine is a fascinating story of how cultures, political systems, religions, and power have met, intersected, morphed, and expanded. After various cultures helped develop the region, the legendary Cossacks arrived during the early modern period and dominated the region for several centuries, forming an independent republic that helped forge Ukrainian identity to this day. Even as the origins of these ferocious fighters remain murky and obscure, the Cossacks have continued their growing international appearance with the outbreak of the Russian-Ukrainian conflict.

Wedged in the North Caucasus mountain range and bordering the Caspian Sea, Dagestan is a true meeting point of cultures, religions, and geopolitical rivalries. A crossroad between east and west, Dagestan has been vitally important at different times for various powers in Asia, Europe, and the Middle East, and even between different religious and ethnic groups. In spite of all that, and in large measure because of it, Dagestan’s society is a composite of these rivalries over the centuries.